Детский психиатр и бывший депутат Сейма Литвы Линас Слушнис рассказал в своих соцсетях о жалобе, которую на него подали специалисты по защите прав ребенка, недовольные его отказом говорить по-русски с пациентом: «Представители Службы по защите прав детей подали на меня в суд за то, что я сказал, что они, сопровождавшие ребенка лица, будут переводить ему, а я буду говорить по-литовски. Они утверждали, что это является нарушением прав человека». В разговоре с LRT врач уточнил, что ребенку, о котором идет речь, около 16 лет.
Руководительница литовской службы по защите детей Илма Скуодене же пишет, что Слушнис «не согласовал» даже проведение приема с переводчиком. По ее словам, у юноши диагностировано расстройство аутистического спектра, его мать умерла, а несколькими месяцами ранее он лишился отцовской опеки и находился в глубоком кризисе — имел суицидальные мысли.
Слушнис в ответ обвинил Скуодене во лжи. Он утверждает, что сам попросил о переводе на русский для ребенка и на самом деле оказал ему помощь, а после подписал направление на его госпитализацию в больницу. Врач объяснил свое недовольство тем, что, по его словам, подросток — гражданин Литвы, вырос и учился в стране, но не понимает литовского, что ограничивает ему полноценный доступ в том числе к высшему образованию. Также Слушниц сказал: «Такие государственные служащие первыми укажут нам пальцем на необходимость защиты русскоязычных от таких, как я. <...> Специалисты Службы защиты прав детей — просто российские коллаборационисты». При этом он написал, что сам переходит на русский в случаях, когда его пациент хотя бы старается говорить по-литовски.
В интервью LRT врач, однако, заявил: «Я принципиально больше не говорю по-русски. Почему, работая в Литве, я должен говорить на этом языке?». Он добавил, что люди из других стран, приходящие к нему на прием, берут с собой переводчиков.
Бывшая премьер-министр, сейчас занимающая пост министра социальной защиты и труда Литвы, Инга Ругинене заявила, что никто не требовал от врача говорить по-русски, и все претензии сводятся лишь к его отказу от принятия перевода (обвинения в этом сам Слушнис, напомним, отвергает). Она призвала Генпрокуратуру страны оценить возможность возбуждения дела по ст. 144 УК — о неоказании помощи человеку, чья жизнь находится в опасности. В ответ на это Слушнис, давая комментарий журналистам, заявил, что Ругинене встала на сторону подростка, потому что сама является русскоязычной и даже на литовском пишет с ошибками.
