Выборы завершились предсказуемо: митрополит фактически уже играл эту роль в последние девять лет жизни патриарха Илии II — в качестве назначенного своим предшественником местоблюстителя патриаршего престола.
Что известно про нового патриарха?
Ключевое — он считается «пророссийским». Мирское имя 57-летнего патриарха Шио — Элизбар Муджири. Его биография изложена на множестве церковных и новостных ресурсов: в юности обучался в консерватории, но музыке предпочел монашество и получил новое имя в честь Шио (Симеона) Мгвимского — святого VI века, одного из основателей грузинского монашества.
Далее Муджири стал продвигаться по традиционным ступенькам церковной карьеры: иеродиакон, иеромонах, настоятель одного храма, затем другого (кстати, вторым его храмом был хорошо знакомый туристам храм святого Николая в тбилисской крепости Нарикала), епископ, митрополит — и наконец местоблюститель патриарха.
Параллельно церковный деятель учился — сначала в Батумской семинарии, а вот потом — в Московской Духовной Академии (правда, заочно). Затем обучение продолжилось в магистратуре и аспирантуре Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета (в это время нынешний глава грузинской Церкви успел побыть и настоятелем московского храма Георгия Победоносца в Грузинах, православного центра грузинской диаспоры).
В ПСТГУ владыка Шио в 2015 году защитил диссертацию по богословию (речь идет о церковной степени кандидата богословия, а не о включенной в ВАК теологии, по которой сейчас также получают кандидатские и докторские степени). Грузинский митрополит занимался исследованием судьбы архимандрита Алексия (Шушания), канонизированного Грузинской Церковью монаха-затворника, жившего на рубеже XIX-XX веков. Связи с ПСТГУ митрополит Шио сохранял и после защиты кандидатской — он лично, а позже удаленно участвовал в проводимых университетом конференциях.
Отчасти именно эти страницы биографии дали критикам нового патриарха повод опасаться его пророссийских взглядов. Однако учеба в ПСТГУ и диссертация могут считаться и некоторым «бонусом» Шио (Муджири) — не так много грузинских иерархов имеют хорошую академическую базу. К тому же, ПСТГУ трудно назвать центром трансляции политики Московской Патриархии — частный университет существует не на средства РПЦ и находится дальше от сферы интересов и влияния патриархии, чем духовные академии и Общецерковная аспирантура.
Что в большей степени может указывать на пророссийскую позицию Шио — так это его дружба с консервативным бизнесменом Леваном Васадзе, имеющим тесные связи с российской политической элитой.
В 2017 году патриарх Илия II назначил митрополита Шио своим местоблюстителем — решение, вызвавшее споры в грузинской церковной среде: назначать местоблюстителя при живом патриархе многим показалось неправильным, а некоторые аналитики прямо обвиняли РПЦ в давлении на патриарха. Масла в огонь подлил случившийся накануне этого назначения визит к патриарху тогда еще не опального митрополита Илариона (Алфеева), хотя официальные грузинские СМИ и уверяли, что визит был официальным, публичным и исключал какие-то тайные переговоры. (В свете той истории можно понять, почему включение митрополита Илариона в состав делегации РПЦ на похоронах Илии II добавило подозрений по поводу влияния Москвы на отбор кандидатов в патриархи для обеспечения своему ставленнику минимальной конкуренции).
Фото: Александр Патрин/ ТАСС
Будущий патриарх, как и его предшественник, оказался связан со скандалом вокруг попытки отравления — его называли несостоявшейся жертвой покушения в 2023 году: тогда скончалась уборщица местоблюстителя, а у него самого в крови обнаружили следы мышьяка. Впрочем, следствие по делу о попытке умышленного убийства так ничем и не закончилось, а по мнению некоторых грузинских иерархов, обвинения (которые, впрочем, сам епископ Шио не озвучивал, подчеркивая, что не знает точных причин своих проблем со здоровьем) и вовсе были надуманными.
В ноябре 2025 года, в момент политических протестов в Тбилиси к протестующим обратились три архимандрита — Дорофей (Курашвили), Илия (Толораия) и Шио (Кварацхелия), обвинившие (https://www.ng.ru/facts/2025-11-04/9_606_hierarch.html) Москву и партию «Грузинская мечта» в намерении «продавить» митрополита Шио в качестве будущего грузинского патриарха. Самого митрополита оппозиционные монахи обвиняли в том, что он действует по указке РПЦ и «Грузинской мечты».
Пророссийскую позицию видят также в консервативных взглядах нового патриарха, но он вполне близок грузинской правящей партии (да и его предшественник стоял на вполне консервативных позициях: борьба с ЛГБТ и абортами, настороженное отношение к Западу и либеральным ценностям). При этом взгляды будущего митрополита сформировались значительно раньше, чем он стал значимой фигурой среди грузинской церковной иерархии, — изоляционизм и антиэкуменизм были близки насельникам Шио-Мгвимского монастыря, где молодой Элизбар Муджири когда-то принял монашество. Да и в «связях с РПЦ» по таким критериям, в общем-то, можно заподозрить не только его — многие представители ГПЦ изучали богословие в России и сформировались как священнослужители под влиянием русской церковной традиции, а консервативные и антизападные позиции свойственны иерархии обеих Церквей.
В какой мере патриарх Шио будет проводить «московскую» линию, а в какой мере — воспринимать РПЦ как своего «естественного союзника», вопрос открытый, ведь и поводы для напряженности между церковными структурами имеются (например, конфликт вокруг русских священников в Абхазии и Северной Осетии).
Что касается положения тех русских священников, которые после 2022 года, заявив о своей антивоенной позиции, уехали в Грузию, – оно вряд ли ухудшится, потому что ГПЦ, неофициально возглавляемая митрополитом Шио, и так не разрешала им служение и проповедь в грузинских храмах.
