Сегодня вечером в Вене состоится финал 70-го конкурса «Евровидение». Уже привычно, что в центре обсуждения возникает не музыка, а политические скандалы. Пять стран бойкотировали конкурс, но включить в список участников дебютантов организаторы не сумели из-за бюрократических проблем. Требования по дисквалификации Израиля не выполнены, хотя предлагался вариант, при котором исключалась ещё и Украина.
Австрийская полиция боится провокаций, музыканты оправдываются за строчки, а организаторы переписывают правила голосования, чтобы не повторились прошлогодние результаты, — и всё это под лозунгом «Объединены музыкой».
Пять стран бойкотируют конкурс
В 2004 году изменился формат «Евровидения», из-за чего увеличилось количество участников (36). в дальнейшем некоторые страны не отправляли музыкантов на конкурс, другие возвращались. В некоторые годы число участников доходило до 43. В 2026 году на «Евровидение» приехали музыканты из 35 стран — так мало не было с 2003 года, до изменения формата.
Естественно, дело в Израиле. Более 70 бывших участников «Евровидения» подписали письмо, призывающее организаторов запретить Израилю участвовать в конкурсе. Но Европейский вещательный союз требования не принял. В ответ 5 стран (Ирландия, Исландия, Испания, Нидерланды и Словения) отказались от участия из-за допуска Израиля. К бойкоту едва не присоединилась Португалия и Бельгия.
Словения отказалась не только от участия, но и от трансляции конкурса. Учитывая правила прошлых лет, это должно привести к её отстранению в следующем году. Такое происходило с Россией в девяностых — Россия не показала конкурс 1998 года, поскольку до него не допустили Татьяну Овсиенко (из-за плохого результата Аллы Пугачёвой на предыдущем конкурсе).
А Исландия пусть и не участвует, но показывает конкурс. Найти страну, которая относится к «Евровидению» серьёзнее, чем Исландия, невозможно — телерейтинги финала всегда стремятся к 100%.
Но даже в такой ситуации организаторы конкурса пытаются сделать вид, что политических тем можно избежать, а потому остро реагируют на высказывания отдельных участников. Например, певица из Швеции Фелисии Эрикссон заявила, что Израиль нужно отстранить — за неё пришлось оправдываться шведскому вещателю.
Наверняка ЕВС мечтает о том, чтобы Израиль сам снялся с конкурса. Вместо этого приходится просить австрийскую полицию об обеспечении дополнительной безопасности. А артиста от Израиля на репетициях освистывает его же команда — чтобы он был готов выступить в таких условиях.
Неудавшиеся замены
В теории, организаторы могли заменить отсутствующие страны (о вероятном бойкоте было известно заранее). Повезло, что на «Евровидение» вернулись Болгария, Молдова и Румыния. Но также планировался дебют Казахстана и Канады.
Разговоры велись на протяжении всего 2025 года, однако обе страны так и не получили официальное приглашение из-за бюрократических проблем. Формально их просто не успели позвать вовремя. Ситуация Казахстана и вовсе абсурдна, поскольку страна добивается права на участие с 2008 года, но так вышло, что европейские бюрократы не могут подготовить приглашение.
Другие потенциальные участники отказались из-за нежелания тратиться — так поступили Северная Македония и Словакия. Могла выступить Босния и Герцеговина, однако она должна деньги Европейскому вещательному союзу. ЕВС долг не простил.
Обсуждалось и приглашение музыкантов из Палестины для выступления вне конкурса. Организаторы публично поддержали идею, но ничего не сделали — неповоротливость «Евровидения» не позволяет принимать такие решения.
Из-за Израиля меняют правила
На прошлом «Евровидении» всё, что было связано с Израилем, превращалось в скандал. Кульминацией стало голосование в финале.
По оценкам жюри представительница Израиля набрала лишь 60 баллов и заняла 15-е место. Для сравнения, JJ из Австрии получила 258 баллов от жюри. А вот зрительское голосование кардинально перевернуло ситуацию — Израиль получил 297 голосов, Австрия — 178. В итоге Израиль занял второе место после огульной критики и свиста зрителей.
Впоследствии испанская телекомпания RTVE обвинила Украину и Израиль в фальсификации голосования, а также предлагала зрителям отказаться от голосов по политическим причинам. Позже глава RTVE Хосе Пабло Лопес выступил с новой идеей — не допускать на конкурс страны, на территории которых идёт война. Но инициативу никто не поддержал, и Испания сама снялась с «Евровидения».
И всё же претензии Испании повлияли на конкурс. «Евровидение» сократило максимальное количество голосов, приходящихся на один способ оплаты, с 20 до 10. Вот только невозможно представить, как может исчезнуть голосование по политическим причинам.
На фоне политических скандалов сменился исполнительный супервайзер. Мартин Эстердаль, занимавший должность с 2021 года, ушёл в отставку. При нём конкурс успешно справился с кризисом, случившемся из-за коронавируса, и подправил рейтинги. Но выбраться из политических скандалов он не сумел, да и вряд ли мог. В итоге его сменил Мартин Грин, директор конкурса.
Провокационные строчки, плагиат, ИИ
Но скандалов много и без политики.
Румынская певица Александра Кэпитэнеску оказалось под давлением из-за её трека «Choke Me». Активисты усмотрели намёк на БДСМ-практику удушения, начался скандал. Одни призывали дисквалифицировать Кэпитэнеску, другие требовали переписать песню. Сама певица объясняла, что это песня о внутренней борьбе. В Румынии на неё повесили ярлык «румынская Lady Gaga», так что логично, что в её треках ищут сексуальный подтекст. В итоге певица ничего не изменила.
Участница от Люксембурга Ева Мария сначала отбивалась от обвинений в плагиате её песни «Mother Nature» у британской певицы Birdy. В плагиате обвинили и Cosmo от Австрии с песней «Tanzschein» — в припеве прослеживается «Satisfaction» Benny Benassi. Но в обоих случаях доказать заимствование не удалось.
Но плагиат (или намёки на него) обнаруживается каждый год. В 2026 появилась новая угроза — ИИ. Ещё несколько лет назад организаторы решили, что за использование искусственного интеллекта при создании песни участники будут дисквалифицированы. Но первыми под удар попали сами организаторы — в новом логотипе усмотрели использование нейросети. Обошлось объяснением, что это неправда (а доказать обратное никто не сумел).
Затем досталось Азербайджану — в интернете активно обсуждалось, что их песня написана с помощью ИИ. Азербайджанский вещатель даже выпустил официальное заявление, чтобы опровергнуть все подозрения. Но мем «Azerb-AI-jan» остался. А Ferto из Греции обвинили в использовании ИИ для создания клипа.
Возможно, это начало новой тенденции. Слухи об использовании ИИ будут возникать регулярно, но без доказательств — в итоге участники будут получать меньше голосов от зрителей банально из-за обвинений.
Фавориты
Букмекеры выделяют пять фаворитов: среди них Финляндия, Греция, Австралия, Дания, Франция.
От Финляндии участвуют Линда Лампениус и Пете Паркконен с песней «Liekinheitin» («Огнемёт»). Дуэт примечателен использованием скрипки — с 1999 года «Евровидение» отказалось от оркестров, так что живая музыка звучала редко (и это многое говорит о музыкальном конкурсе).
От Греции на конкурс приехал Акилас, который стал известен благодаря каверам в Tik Tok. Букмекеры высоко оценивают его песню «Ferto» — классический мем-трек для «Евровидения».
Впрочем, куда более форматное выступление заготовила Дельта Гудрем из Австралии с песней «Eclipse» — это максимально типичная песня для конкурса. Гудрем выпускает альбомы с 15 лет (сейчас ей 41), снимается в австралийских сериалов, но вряд ли широко известна за пределами родины. Этим и уникальна — куда чаще страны отправляют победителей телеконкурсов, едва успевших выпустить альбом, а это хоть и локальная, но опытная поп-звезда.
Дания и Франция полагаются на сложные вокальные партии. От Дании участвует Сёрен Торпегор Лунн — оперный певец, который несколько лет назад не прошёл национальный отбор на «Евровидение». В последние годы такие музыканты добиваются успеха (прошлогодний триумфатор JJ — самый яркий пример) К слову, если Лунн победит, то российские звёзды обязательно найдут объяснение (он открытый гей). А от Франции едет 17-летняя Монро — в последние годы французы отправляют сильных вокалистов.
На общем фоне выделяется Сербия (прог-метал-группа Lavina) и Эстония (поп-рок-группа Vanilla Ninja). Интересно звучит португальская группа Bandidos do Cante — дань уважения «Евровидению» прошлого века. Грузия послала на конкурс группу «Бзикеби»— победителей детского «Евровидения»-2008. От Украины поехала группа LELÉKA. Певица, вокруг которой и собрана группа, 10 лет живёт в Германии — естественно, ей это припоминают.
А Великобритания в очередной раз доказала, что готова сражаться за последнее место, и отправила на конкурс музыканта Look Mum No Computer (кандидат на самый блеклый трек среди всех участников).
Несмотря на все скандалы и привычные проблемы, в этом году каталог более-менее разнообразный — точно интереснее, чем на прошлом «Евровидении».
Россия спокойнее реагирует на конкурс
Кажется, что российские критики «Евровидения» устали повторять одни и те же слова, поэтому раздают комментарии неохотно — скорее по инерции. Например, Иосиф Пригожин недоволен «фриковыми» выступлениями:
«Работает исключительно все, что фриковое. Все, что интеллигентное, музыкальное, воспитанное, степенное — не работает. Последнее время все, что было на „Евровидении“, не про музыку: какая-то толстая девушка с косичками, бородатые люди в женском наряде. Кто ярче выступит?».
Непонятно, как «бородатые люди в женском наряде» и «толстая девушка с косичками» оказались в одном ряду. Стоит дождаться комментариев от специалиста по ЛГБТ из ПАСЕ.
Возможно, российские спикеры охладели к конкурсу после триумфального «Интервидения», которое посмотрели 4 миллиарда человек. Правда, на следующий день государственным медиа пришлось уточнить, что она была доступна 4 миллиардам зрителей, но какая разница. Кстати, «Интервидение 2026» всё ещё не отменено и должно пройти в сентябре в Саудовской Аравии. Но состав участников и представители стран всё ещё неизвестны.
Над «Евровидением» смеются и издеваются, организаторы решают десятки проблем, а в итоге ничего не успевают. Но за «Евровидением» всё ещё интересно следить. Это всё ещё весёлый конкурс с устаревшим форматом и музыкой, отстающей от мейнстрима в лучшем случае на десятилетие, и обилием нерешаемых политических скандалов. Но мы все равно будем его смотреть, правда?
