«Откуда у хлопца испанская грусть?»: как латиноамериканцы попадают на Донбасс

«Ответь, Александровск, и Харьков, ответь: давно ль по-испански вы начали петь?» – ровно сто лет назад риторически спрашивал Михаил Светлов в знаменитом стихотворении «Гренада». Там речь шла об украинце, который, сражаясь на полях гражданской войны, мечтал «землю в Гренаде крестьянам отдать». Столетие спустя история не повторяется, но отражается в странном кривом зеркале: испаноязычные жители Латинской Америки становятся контрактниками в войне России с Украиной, мечтая отбить землю Донбасса у западных капиталистов и получить за это много денег, да еще российское гражданство в придачу. Но есть и такие, кто на войне оказывается недобровольно.

В ролике, выложенном несколько дней назад на YouTube-канале Los apuntes, 22-летний житель Перу рассказывает, как оказался в России, поверив рекламному объявлению на Facebook, обещавшему работу в сфере логистики. «Сфера логистики» оказалась эвфемизмом, за которым скрывалась уже привычная нам вербовка на фронт: «На самом деле, большинство там были латинцы. ... Они мне сказали, что они здесь, чтобы идти на войну. И вот тут я немного удивился»

Эта история с хорошим концом: перуанец из ролика не подписал контракт и сумел связаться с консульством, благодаря чему и выбрался из тренировочного лагеря. Не всем латиноамериканцам, приехавшим в Россию на заработки и оказавшимся на сборных пунктах для отправки на фронт, удается выбраться. Но есть и такие, кто сознательно стремится подписать контракт.

Чего ищут жители Латинской Америки на чужой войне? Об этом нам рассказал переводчик, к которому регулярно обращаются потенциальные контрактники.

Что вам известно о вербовке латиноамериканцев на войну?

– Я владею испанским и корейским языками и работаю переводчиком, ко мне обращаются с разными темами, обычно это гражданские вопросы. Но в последнее время ко мне все чаще и чаще стали обращаться как к переводчику латиноамериканцы, которые хотят участвовать в военных действиях. Они хотят подучить язык, чтобы понимать простые фразы, или просят, чтобы я помогал им оформлять документы.

Это, конечно, началось не вчера, такие вопросы появляются уже несколько лет, но раньше это были разовые обращения, а примерно с апреля 2026 года (по крайней мере, по моим субъективным впечатлениям) поток усилился и идет по нарастающей, вопросы появляются каждый день.

В группах латиноамериканцев, живущих в России, я также постоянно вижу, с одной стороны, объявления о рекрутинге, а с другой – запросы «помогите найти родственника, он пропал».

Вербовка идет по двум основным направлениям. В одном случае она скрыта под видом каких-то простых работ в тылу, мелькает в интернете информация про какие-то гражданские работы – строители, охранники, работа на складе.

Во втором случае латиноамериканцев открыто призывают вступать в ряды российской армии.

Чем такая перспектива привлекает жителей Латинской Америки?

– В роликах на испанском языке, частично сгенерированных нейросетью, участие в военном конфликте выглядит очень прикольно, музыка соответствующая, смотришь – и задевает. А ведь в Латинской Америке еще вещает RT на испанском – наша пропаганда работает профессионально и давит на больные мозоли местных жителей: им говорят, что Россия – оплот борьбы против капитализма, колониализма, империализма, что мы за традиционные ценности, у нас богатая история, культура, свой мир, мы особенные, мы противостоим Западу… Это срабатывает, потому что ЛА действительно нахлебалась от США, и у ее жителей есть чувство ресентимента в сторону коллективного Запада и США: «Они нас держат за колонии, словно они прогрессивные, а мы третий мир, сейчас мы с Россией вместе победим и заживем».

Это то, что дополняет меркантильные цели – высокие зарплаты и гражданство России для подписавшего контракт, его супруги, детей и родителей, а потом по цепочке можно всех родственников перевезти, то есть это пакетное предложение.

Человек из страны третьего мира вдруг становится гражданином России – это для него почти переезд в Европу, мечты сразу наполняются красками.

Как выглядят типичные ролики с призывами записываться добровольцами на российско-украинский фронт, можно узнать, зайдя в fb-группу Legión extranjera de Rusia («Российский иностранный легион»). Размещенный здесь контент предельно лаконичен, в коротких роликах под завлекательные латиноамериканские мелодии мелькает видеоряд: Кремль, собор Василия Блаженного, заснеженные горные склоны, пшеничные поля, бравые герои с суровыми смуглыми лицами в камуфляже с триколором, дети, радостные девушки, крупным планом паспорт с двуглавым орлом и предложения вступать в ряды: «Возраст не проблема... с льготами, великолепными бонусами и выплатами, зарплатами, которые тебя ждут... Ты получишь российское гражданство…»

Оборотную сторону завлекательной картинки в этой группе, как обычно, не показывают – зато ее могут увидеть те, кто зайдет в группу «Familiares desaparecidos en Rusia y Ucrania» (Родственники пропали без вести в России и Украине) и прочтет просьбы сообщить какую-нибудь информацию о пропавшем на другом краю света сыне или отце.

На какой контингент ориентирована испаноязычная реклама?

– Они широкими мазками берут: с одной стороны, хотят эксплуатировать тех, у кого есть какой-то военный опыт, но и молодежь привлекают. Это молодые парни, им хочется экшна. А если у них семьи, дети, они хотят помочь близким. Есть и авантюристы, которые прямо говорят: да, Россия прикольная, сильная, я хочу участвовать. Убьют – ну и плевать, у меня и так жизнь не сахар. Ведь страны, из которых идет основной поток латиноамериканских наемников, не очень перспективные. Они похожи на наши депрессивные регионы: люди не видят там будущего.

Какие это страны?

– Основной поток – из Кубы, Перу, Колумбии и Мексики. Но пишут даже из Экваториальной Гвинеи – это единственная страна в Африке, где один из официальных языков – испанский. Там ни перспектив, ни будущего, а у всех есть интернет, все видят, что можно жить лучше, и наша пропаганда это эксплуатирует.

Но Куба – главный локомотив, потому что в России живут тысячи кубинцев. Это тема для отдельного рассказа: на Кубе очень сложное экономическое положение, и кубинцы мало куда могут поехать – везде нужны визы, а визы им никто не дает, понимая, что они не вернутся домой. Россия – одна из немногих стран, которые пускают к себе кубинцев без виз, поэтому многие приезжают сюда туристами и остаются. Они не могут легализоваться (только через брак), не могут сделать патент, и здесь их реально кошмарят: полиция ловит их в метро, легко отличая по внешности, им грозят депортацией, штрафуют, вымогают деньги, полиция может пасти их у подъезда, может прийти домой, ее не останавливают ни беременность, ни наличие маленьких детей. Кубинцы здесь живут в страхе, стараются не выходить из дома, даже с новорожденными не гулять. У их детей нет доступа к образованию, медицине, хорошо хоть, сами роды бесплатные. Это мир, который нам почти невидим: мигранты из Узбекистана, например, на виду и на слуху, а про кубинцев мало кто знает, хотя их очень много – они приезжают сюда тысячами.

И вот вдруг открывается окно возможностей: можно отслужить и получить гражданство. Причем у иностранцев в отличие от россиян контракты с ограниченным сроком. Если россиянин пошел на войну, этот контракт не гасится, пока нет указа о завершении мобилизации, а у иностранцев – гасится. То есть через год-полтора они могут вернуться. Соответственно, многие кубинцы туда рванули участвовать – с ними это началось раньше апреля.

Кубинцам-нелегалам могут навязывать контракты?

– О таком, что нелегала-кубинца задержали и сказали: «Или штраф, или подписывай контракт», – не слышал. Полиции, видимо, интереснее получить с них деньги. А вот добровольно они идут, потому что им тут очень тяжко.

Раз контракты гасятся, есть те, кто вернулся живым и получил свои деньги и гражданство?

– Поначалу таких почти не было: судя по всему, их действительно использовали как пушечное мясо – наш язык они не знают, нелегалы, родственники не будут качать права, как родные россиян… Но потом, видимо, сообразили, что по группам латиноамериканцев эти новости тоже разлетаются, и, если так делать постоянно, новых рекрутов не найдешь. И стали выполнять обещания, выпускать кубинцев с контракта через год-полтора с российскими паспортами и деньгами.

Такие кубинцы теперь – завидные женихи, они могут по полмиллиона получить за фиктивный брак с кубинкой, у них есть деньги. Правда, тратить они не умеют – у них другая финансовая культура. Если русский человек на руки получит семь миллионов, он вложит их в покупку квартиры, машины. А они все прогуливают за несколько месяцев – «едут кутить», потому что просто не знают, что делать с такими деньгами, и очень скоро снова оказываются на дне.

В тех же чатах есть и жалобы, что кому-то недоплачивают, задерживают деньги, с паспортами мутят, но я не могу сказать, какова пропорция таких жалоб относительно количества тех, кто отслужил, получил свой паспорт и деньги и теперь делает гражданство родственникам.

Не всем рекрутам из Латинской Америки стоит рассчитывать, что они получат обещанные выплаты – и еще меньше шансов, что деньги дойдут до их родственников, если они будут убиты или пропадут без вести. Как стало известно редакции, помимо контракта завербованные латиноамериканцы подписывают генеральную доверенность, адрес которой совпадает с адресом воинской части (видимо, такие доверенности оформляет выездной нотариус). Доверенности всех контрактников оформлены на двух людей с российскими паспортами, которым наемники доверяют все: открытие и закрытие банковских счетов, снятие и перевод денежных средств. У этих людей есть возможность в любой момент сделать что угодно со счетами контрактников: закрыть, снять наличные и тп.

Доверенными лицами латиноамериканских контрактников становятся:

Альфредо Андрес Клаудио Лемос Хименес – гражданин Перу 1980 года рождения, учился сначала в РУДН, а потом во Всероссийской академии внешней торговли (специальность «юрист со знанием иностранного языка»). На сервисах подбора преподавателей предлагает свои услуги как репетитор испанского. Также он является руководителем двух компаний, связанных с транспортными услугами и не приносящих дохода.

Наталия Владимировна Ланская – гражданка России 1987 года рождения, живущая в Новомосковске Тульской области, генеральный директор и единственный сотрудник убыточного информационного агентства ООО «Компас-Медиа». Семь лет назад была фигуранткой уголовного дела по обвинению в крупном хищении средств, но утверждала, что дело было сфабриковано после ее отказа помогать начальнику в обналичивании денег через банковские карты родственников и знакомых.

Как рекруты оценивают моральный аспект ситуации, что они думают о войне с Украиной?

– Они говорят: «Советский Союз всегда нам помогал, Россия – молодцы»… Я говорю: «Ничего, что Украина тоже была в Советском Союзе? Более того, после Чернобыльской катастрофы украинские дети ездили лечиться на Кубу, кубинцы ездили в Украину получать высшее образование, у Украины с Кубой нормальные человеческие связи…». Здесь у них сбой в матрице происходит, и нет ответа, потому что для них СССР плавно перетекает в Россию, а Украина просто теряется. Они не воспринимают ее как что-то отдельное, самостоятельное.

В соответствии с нарративами пропаганды «Россия воюет с коллективным Западом»?

– У них в головах все перепутано: есть даже люди левых взглядов, которым кажется, что у нас здесь все еще социализм. Я говорю: «Путину, может быть, и нравится СССР, но не с точки зрения идеологии, социализма, коллективизма – он капиталист, ему надо выгоды выжимать. СССР ему нравится размерами, грандиозностью, идеология тут ни при чем».

По поводу того, что украинские дети умирают, города разрушаются, бомбы летят в роддома – они этими категориями вообще не мыслят. Это для меня было удивительно: вроде бы первое, о чем думает нормальный человек, что война – это страдания, если я в ней участвую, я неизбежно способствую разрастанию этих страданий. Но у них логика: «Ну, это же война…». Они стараются не думать о жертвах среди мирного населения.

У латиноамериканских контрактников нет желания найти альтернативное освещение ситуации, например, на англоязычных ресурсах?

– Это непростой вопрос. Английским языком они в массе своей не очень владеют, ведь испанский – второй в мире по числу носителей после китайского, им этого языка вполне хватает. Но многие латиноамериканцы воюют и на стороне Украины. Я не слежу, как именно их вербуют с украинской стороны, но вербуют активно. Хочется спросить: «И что вы сделаете, два колумбийца, если встретитесь где-то на Донбассе – один за Украину, другой за Россию?!»

Видимо, кто первый до них дотянулся, к тому они и едут. Те, кто воюют с украинской стороны, тоже иногда пишут жалобы, что их обманули, не отпускают с контрактов домой, но я не знаю – может, российская пропаганда уже дошла до того, что делает такие ролики, чтобы латиноамериканцы думали «Украина обманывает, пойду за Россию»? Недавно по всем сетям и чатам разошелся ролик: парень рассказывает, что приехал Украину защищать, контракт истек, а его не отпускают, избили, и он не знает, что делать. Но он одет в гражданское, никаких украинских символов нет, и как понять, что это не россияне его заставили такое видео записать? Уж очень активно видео разошлось.

Под роликами с призывами идти воевать комментарии тоже разделились на два лагеря: кто-то пишет: «Да, я готов, к кому обращаться», а кто-то пишет: «Попрощайтесь с родственниками, вы их не увидите, вы пушечное мясо…» и т.п. Но не с точки зрения «Путин – диктатор», а с точки зрения «Это не ваша война, куда вы лезете».

А что со второй категорией: они искренне думают, что едут в Россию работать?

– С работой в Латинской Америке туго, и люди оттуда откликаются. Ко мне обращаются люди, чей родственник уехал работать строителем и пропал. Родственники приезжих из Перу, которые по нескольку месяцев не выходят на связь, обращаются в группы латиноамериканцев, живущих в России, создают свои группы в сети. Они не могут добиться информации, посольства не особо активно вмешиваются, может быть, стараются не портить отношения с Россией. Хотя периодически мелькают новости, что столько-то человек вернули в Колумбию, в Перу, так что, возможно, какие-то подковерные действия все же ведутся.

Ко мне обращались с просьбой перевести документы родственники человека, который уехал работать в Россию, и его заставили подписать контракт. По словам родных, на него давили, избивали. Родственники устраивали протесты напротив посольства России, подключали юристов, но, когда контракт подписан, посольство мало что может сделать – человек формально согласился. Раньше контракты были только на русском, а теперь их печатают и на испанском, и человек не может сказать, будто не знал, что подписал.

Мне приходилось общаться и с теми, кто такие контракты подписывал. Я спрашиваю: «Вы думаете, у нас простые работники получают миллионы? Вы думали, что будете работать охранником за такие деньги?» Но они не знают, какой тут уровень зарплат, и некоторые думают, что мы тут все миллионеры.

Кстати, на HeadHunter недавно появлялись объявления: искали людей со знанием испанского языка встречать в аэропорту иностранных студентов. Но тем, кто кидал туда свои резюме, перезванивали и объясняли, что встречать предстоит не студентов, а тех, кто приезжает для заключения контракта.

Рекрутинговый портал HeadHunter давно используется для поиска сотрудников, которым предстоит вербовать контрактников на войну – мы делали большое расследование о рынке таких вакансий. Что касается сотрудников со знанием иностранных языков, их поисками занимается корпорация «Синергия», в объявлениях которой предстоящая деятельность называется туманно «Государственный патриотический проект».

«Пеший координатор со знанием арабского/испанского/французского языков в Патриотический проект», которому предстояло сопровождать «сотрудников» и помогать им заполнять документы, мог заработать от 120 тысяч в месяц (минус налоги). «Менеджер по работе с иностранными партнерами в Патриотический проект (испанский язык)», которому предстояло уже искать иностранных «партнеров» и вести с ними переговоры о заключении контрактов, – от 150 тысяч. Но эти вакансии уже в архиве, нужных сотрудников нашли.

Впрочем, у «Синергии» еще много интересных предложений. Например, по-прежнему требуется «Руководитель отдела продаж и координации иностранных клиентов (патриотический проект)». Этому ценному сотруднику предстоит «Участие в масштабном патриотическом проекте, который меняет будущее».

(Поскромнее задачи у промоутеров того же патриотического проекта, ориентированных не на иностранцев, а на русскоязычную аудиторию. Им предстоит: «Привлекать внимание посетителей», «Раздавать промоматериалы», «Рассказывать о ключевых преимуществах, особенностях», «Отвечать на базовые вопросы», «Фиксировать контакты», «Поддерживать порядок на стойке», причем речь идет о работе за стойками на станциях метро… Вы, наверное, поняли, о каких стойках речь.)

Пока в России ищут сотрудников, которые помогут испаноговорящим наемникам подписать контракт в Минобороны, латиноамериканские каналы заполняются роликами, которые рассказывают о масштабах вербовки в далекую Россию. В одном из роликов – история матери, чей 31-летний сын отправился в Россию работать в тылу, но оказался, предсказуемо, на линии фронта. В другом видео испанская журналистка Альмудена Ариса рассказывает о гражданах Перу и Колумбии, которых вербуют воевать против друг друга в армиях России и Украины. В выпущенном два месяца назад репортаже службы новостей RTVE Noticias говорится, что в рядах российской армии на войне в Украине может находиться не менее 600 перуанцев, завербованных обманным путем (герой упомянутого в начале статьи ролика, которому удалось вернуться домой, говорит, что, по словам консула, для участия в войне завербованы более 700-800 перуанцев. Однако сам герой ролика считает, что реальная цифра – в 2-3 раза выше). Тела погибших на передовой жителей Латинской Америки некому эвакуировать и отправлять родственникам. Есть и репортажи о протестах семей завербованных перуанцев перед посольством России в Лиме.

Однако испаноязычные новости не останавливают новых желающих отправиться в Россию за деньгами и гражданством. Не удается их остановить и русскому переводчику.

Были случаи, когда вам удавалось отговорить кого-то из обратившихся к вам латиноамериканцев от заключения контракта?

– Я объясняю, что, почему и как, насколько это возможно. Говорю: ваша семья даже тело не получит, потому что репатриация тела на родину – это слишком дорого.

Были случаи, когда мне писали: «Я хотел убедиться, и раз уж первый попавшийся россиянин мне пишет «не надо, не приезжай», наверное, я не поеду». Может, мне так говорили, чтобы я от них отстал. Хочется верить, что человек, правда, подумал и передумал. Но я не знаю, как отговорить людей, если моральные аспекты войны их не интересуют, а предложить им денег больше, чем Министерство обороны, я не могу.