«Мамлеев — в Южинском центровая фигура — мне кажется, после Америки просто перестал соображать. Он не стал «ватой» в том смысле, который мы сейчас в это вкладываем, он не стал человеком, сознательно вставшим на позиции гадости, зная при этом, что он стоит на позиции гадости. Мамлеев просто спятил. Он написал «Россия вечная» с березками — а он же ненавидел это, он был не просто антисоветчик, он был русофоб. Когда он начинает писать или излагать какие-то ватные бредни с ссылками на Есенина, это просто невозможно слушать.»Гейдар Джемаль «Сады и пустоши»
В минувшую среду, после полугодичной репатриации в Израиль и внезапного возвращения в Москву, культовый в узких кругах ценителей трансгрессивного артхауса независимый кинорежиссёр, прозаик, поэт и продюсер Арсений Гончуков собрал немногочисленную паству поклонников на творческий вечер на Большой Садовой. Место для вечера было выбрано просто великолепно: макабрический антураж «Булгаковского дома» с его атмосферой «нехорошей квартиры» – старинной мебелью, изображениями ведьм, чёрных котов и прочей нечисти – лучшую сцену для, пожалуй, самого талантливого продолжателя дела Евгения Юфита и школы некрореалистов трудно представить, разве что анатомический театр или морг, но тут явно бы возникли проблемы с организацией. Впрочем, в «Булгаковском доме» режиссёр выступает не впервые.
Фото: SOTA
Надо отметить, что его внезапный отъезд вызвал в Израиле целую бурю негодования и массу самых диких версий в соцсетях: «Сбежал от призыва… Предатель. Пусть им теперь ШАБАК (израильская спецслужба – ред.) занимается» и тому подобное. Собственно, внести ясность и было одной из целей встречи: «Для меня этот вечер чрезвычайно важен. В прошлом году у меня был такой экспириенс. Я уехал в другую страну и жил там полгода, и в какой-то момент, когда прошли первые восторги, мне очень захотелось домой, я чётко осознал, что там не останусь. <...> За эту часть прошлого года во мне произошёл очень мощный переворот, такое внутреннее сальто, надлом, и впервые в жизни я понял, что имею, что ценю. Хотя там, слава богу, тоже не был обделён вниманием, были творческие встречи. Но я недооценил, насколько я привязан к своей родной земле. Некоторые боятся высказываться, тем более выплёскивать эту любовь в соцсети, потому что попробуй написать кто-нибудь в фейсбуке, что ты любишь Россию, Москву, – вот увидишь, какой волной тебя захлестнёт. Но мне наплевать, я действительно понял, что без родной земли просто бы не выжил. Хотя вариант и шансы эмигрировать в Штаты у меня действительно есть, но не собираюсь.»
Очень вероятно, что помимо соратников и поклонников режиссёра в зале присутствовали и «искусствоведы в штатском», к которым отчасти и был адресован пылкий монолог возвращенца. Ещё были ностальгические стихи про родные снега. Но вот читать стихи про берёзки, по которым автор, по собственному признанию, плакал в Израиле, – явно уже перебор: «Будут тебе берёзы, будет цвет неба синий, юные плети грозы неимоверные силы, запахи керосина, трактор горячий в поле, где собирают силос».
Всё-таки Гончуков — независимый режиссёр-контркультурщик, а не поэт-деревенщик и точно не Сергей Есенин в пылу алкогольного делирия. Окончательно расставить «точки над i» Арсений обещал в запланированном в февральском номере журнала «Знамя» программном эссе «Огненное гнездо».
Впрочем, не едиными излияниями блудного сына вновь обретёному отечеству ограничилась программа вечера. Была ещё презентация романа «2022», опубликованного в декабрьском номере журнала «Дружба народов», а также презентация второго тиража поэтического сборника «Не кино». Арсений сообщил публике, что «Дружба народов» — легендарный толстый литературный журнал с огромной историей, который выходил с 1939 года, где публиковались Астафьев, Быков (и Василь, и Дмитрий), Чуковский, Лев Гумилёв, Твардовский, в ближайшем времени прекратит своё существование. По крайней мере, в бумажной версии.
Выступили специальные гости — Елена Погорелая, поэт, литературный критик, редактор отдела современной литературы в журнале «Вопросы литературы», и литературный продюсер издательства «АСТ» Игорь Воеводин. Оба спикера посетовали на сложившуюся практику самоцензуры в издательском бизнесе и упомянули, что Гончуков не побоялся коснуться в своём романе табуированных в литературном сообществе тем. Воеводин, в частности, высказался, что уважает автора, который написал важную, острую социальную книгу и идёт в контр течении сложившейся системе. Впрочем, пропихнуть роман в родном «АСТ» Воеводин так и не сумел.
При этом о сюжете — о чём собственно роман «2022»? — ни слова, только туманные намёки. И тут стоило бы предположить, что в рамках своего киношного бэкграунда Гончуков явил миру некий проклятый текст наподобие мамлеевских «Шатунов» с инцестом, расчленёнкой, каннибализмом и прочими тихими радостями, но нет — роман скорее похож на сценарий некоей малохольной отечественной сериальной мелодрамы: «Москва. Семья коренных москвичей: отец — выпускник МАИ, предприниматель и инженер, мама — телеведущая, а сын учится в престижном авиационном колледже в Лондоне. И вот наступает февраль 2022 года. Штормовые месяцы и годы изменили всех без исключения — и каждый обрёл новую судьбу. И страшную, и счастливую, и снова страшную». Повествование вышло очень визуальным и кинематографически минималистическим — мизансцены, диалоги. Так и встаёт перед глазами картинка из телевизора: под монотонную музыку плохие актёры (а других нет) ведут плоские диалоги, изображают семейную идиллию, бухают, изменяют, а если и сходят с ума, то сразу, безо всяких дурацких рефлексий, бурных внутренних монологов и самокопаний. Кстати, сам Гончуков склоняется к жанру визуальной новеллы: «Слушайте, надо идти в визуальные новеллы — потрясающий жанр! Его основа — персонажи, сюжет, визуал, интереснейшая необычная режиссура! <...> ведь этот жанр — очень и очень литературный, а литературу писать, писать романы сейчас — ну совершенно, ну абсолютно бессмысленное занятие! Никто не читает. Никому не нужна литература. Я вам со знанием дела говорю и статистики... с большой грустью».
Всё это на фоне новостной ленты последних лет — взрыв в кафе, угон вертолёта, поджог военкомата, подрыв Крымского моста; впрочем, практически всё вышеперечисленное было зачем-то вычищено из журнальной «диетической» версии. Она урезана со 170 до 70 страниц, причём из-за этого в повествовании постоянно возникают сюжетные лакуны, и считать её законченным произведением довольно сложно. Всё-таки в очень напуганной стране мы живём. Сам же месседж романа вполне даже лоялистский: в конце главный герой Антон Васильев — «хороший русский мужик», поломавшись для порядка, приходит к гармонии и новому счастью, возглавив крупный государственный проект по производству беспилотников: «— Понимаешь, старичок, милый мой... Такова теперь реальность. Что из этого зала ожидания... — Он вдруг осмотрелся, обвел взглядом шумную громаду аэропорта за оградкой ресторана. — Из этого зала ожидания есть только три выхода, три пути. Или работа. Или самолет. Или тюрьма. Но... в самолет я тебя не пущу. Такой вот злоебучий ребус! <...> — И это только кажется, что в этой классификации есть ошибка, что выбор маловат — тюрьма или работа. Ошибки нет. Потому что жизнь для русского человека есть только здесь, как и свобода, и возможности. А там (он показал вниз), или там (он показал вверх) жизни нет. Или грязь, или предательство. Рано или поздно это понимают все, и самые яростные активисты, самые оголтелые эмигранты... Они понимают, что просрали свои жизни. Но понимают слишком поздно».
Впрочем, восемь ведущих российских (то ли испугались, то ли не нашли роман достаточно патриотичным) и два зарубежных издательства отказались печатать книгу. Как пишет сам Гончуков: «Написал роман "2022", после отказов здесь поехал за границу, отправил там издательству одному "прогрессивному", пишет мне издатель, говорит: Арсений, не могли бы вы немного поправить роман, ну, в нашу сторону?.. недостаточно либеральным я оказался, блядь! Все это прям очень смешно — не вписываюсь в тусовочки((». Вот уж воистину: «Ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден или горяч! Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих.»
Семейных историй на фоне бурных исторических событий в отечественной литературе предостаточно, но от сравнений мы, предвосхищая кривые усмешки снобов и обвинения в неподобающих аналогиях, пожалуй, воздержимся. Желающие же могут получить нецензурированную версию романа от автора за символический донат.
И напоследок Арсений поведал о своих кинематографических планах. Кстати, надо отметить, что большинство из собравшихся на встрече были либо его актёры, либо члены съёмочной группы его проектов — операторы, художники по костюмам. В общем, встреча прошла в тёплом семейном кругу. Что касается кино, сейчас у режиссёра три проекта в работе.
Первый — полный метр «Моя самая лучшая жизнь»: необычный фильм в жанре авторской фэнтезийной философской и лирической драмы с элементами детектива и мелодрамы, как определяет жанр режиссёр. Фильм состоит из монологов и диалогов о прожитой жизни. Второй фильм — хоррор «Московские твари»: «Там три совершенно потрясающие девочки, у одной умерла сестра... ну, короче, там потом все умерли. Но перед этим за ними бегают плюшевые медведи с топорами по лесу; там ведра крови — такой вот бодрый молодёжный ужастик, динамичный». И, наконец, в третьем проекте режиссёр хочет объединить в единый фильм шесть серий третьего сезона веб-сериала «Район тьмы» — тоже, естественно, в жанре малобюджетного хоррора. Будем с нетерпением ждать выхода. Кстати, мы ранее публиковали рецензию на последнюю премьеру мэтра — некро-сюрреалистический артхаусный ужастик «Внутри каракурта».
