17 сентября 68-летний житель Калининградской области Игорь Одинцов в ластах переплыл Неман, пытаясь избежать суда в России. Как он позднее рассказывал в письме, на литовском берегу он босиком прошел несколько километров, пока не встретил пограничников. У них он попросил политического убежища и назвал уголовную статью, по которой его преследовали, однако возможности подать письменное заявление ему не дали и в тот же вечер передали его российским пограничникам.
Литовская погранслужба впоследствии заявила, что Одинцов недостаточно ясно выразил желание получить убежище, а после разъяснения процедуры не стал его запрашивать. Представительница Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев в Литве Рената Кулеш в комментарии LRT, однако, заявляла, что просьба об убежище может быть устной и не обязана содержать юридические формулировки: человек должен просто выразить свой страх возвращаться на родину.
Уже через 13 дней после попытки сбежать в Ливту, 30 сентября, Одинцова получил шесть лет колонии строгого режима по статье об оправдании терроризма. А вчера стало известно, что 17 ноября Советский городской суд Калининграда признал его виновным в незаконном пересечении границы; срок мужчине увеличили на 3 месяца.
После того, как о ситуации Одинцова стало известно публично, ему стали приходить письма. В ответ на одно из таких он написал: «У меня не стоит вопрос: прощать или не прощать Литву. <...> И на РФ, мою родину, тоже ведь обижаться невозможно. Не Родина виновата в том, что она такая, а все мы, кто в ней живем, в разной степени, но виноваты».



