Утром 30 января в казанскую квартиру, где Гарифуллин жил с двоюродным братом, вошли сотрудники СОБРа, Центра «Э» и ФСБ. «Видно по камерам, что стояли, курили, ждали 6 утра. Потом ворвались, начали меня крутить на полу, сразу забрали телефон и требовали пароль», — рассказал Гарифуллин. По его словам, его били по голове и заставляли читать собственные старые комментарии.
Он говорит, что претензии были связаны с комментариями в чатах об РДК и «Легионе «Свобода России», а также в других проукраинских каналах. Среди них — антивоенные высказывания, поддержка Украины и ее российских добровольцев. «Я как житель региона одобряю удары по Москве», — пересказал он один из комментариев. Часть записей к моменту обыска была удалена, однако у силовиков сохранились их копии.
В распоряжении редакции находятся материалы уголовного дела. Согласно им, поводом стали, в частности, комментарии с формулировкой «Работайте, РДК». Экспертиза сочла их «оправданием терроризма». По словам Гарифуллина, по эпизоду с «Легионом «Свобода России» он проходит свидетелем — «по чьему-то чужому комментарию».
После обыска его увезли в МВД в центре Казани. Родственники и адвокат долго не могли установить его местонахождение. На допросе, по его словам, он надиктовал объяснение своих взглядов: «Я следил за роликами Навального, а после начала войны стал на сторону Украины, поддерживая ее борьбу за суверенитет и границы 1991 года». При этом, как он утверждает, в текст добавили формулировку о «раскаянии». Один из сотрудников ФСБ сказал ему: «Ты понимаешь, что от меня зависит не только твоя жизнь, но и твоя душа?»
Он говорит, что его взгляды сформировались задолго до войны и окончательно укрепились после начала войны в Украине. По его словам, он не участвовал в протестах и выражал позицию в интернете: «Хотелось выразить свое мнение. Может, это и мало, но кто-то это прочитает».
После допроса его отпустили, изъяв технику и действующий загранпаспорт. Он считает, что получил короткое окно для выезда. По его словам, сотрудник ФСБ дал ему 500 рублей и предложил купить телефон и сим-карту для связи.
Гарифуллин заявил, что не может участвовать в боевых действиях из-за проблем со зрением, но допускает волонтерскую или техническую помощь.
Уехать ему помогли консул «Антивоенного комитета» Маргарита Кучушева, а также инициативы «Ковчег», InTransit и правозащитник Юрий Боровских.
До преследования он работал в продажах и электромонтаже. Сейчас подрабатывает удаленно через знакомых в Европе, выполняя задачи по бухгалтерии, и параллельно изучает программирование. По его словам, после отъезда он оказался в долгах и вынужден занимать деньги у родственников: «Пока работа не очень денежная, но, думаю, выжить хватит. Потом рассчитываю зарабатывать больше за счет кодинга».
подписывайтесь на SOTA дарите нам бусты поддержите нас иностранной картой криптовалютой
